January 24th, 2015

Таня

***

Борис Гройс — философ, писатель, профессор славистики в Нью-Йоркском университете, один из главных теоретиков современного искусства, рассказывал про свою встречу с немецким философом Дитером Хайнрихом.

И возник у них спор - что же считать за истинное гегельянство. Ну и Хайнрих рассказывает. "Был у меня друг, который попал во время войны в русский плен, а потом вернулся в Германию, и с тех пор его преследовал один и тот же страшный сон. Он на опушке леса, со всех сторон его окружают русские с «калашниковыми», наставляют на него автоматы — и он в ужасе просыпается. Каждую ночь у него этот сон, иногда по нескольку раз, ему было очень плохо. А однажды — он на опушке, со всех сторон русские, — но вдруг понимает, что они больше не наставляют на него автоматы. И вообще как бы его не видят. Тогда он смотрит на себя и замечает, что в руках автомат Калашникова, и на нем — советская униформа. Вот, говорит, это и есть смысл гегельянства."

При всем отторжении и малой эмпатии психики советского ребенка к ужасу и страданию немецкого солдата, я мозгами понимаю на этом примере: если Гегель прав (а он, увы, прав) — то количество рано или поздно перейдет в качество. И это для нас, как для народа, как для носителей национального характера — большая опасность. Кроме собственно войны и физических потерь — принять их условия игры, стать такими же скользкими холодными лживыми рептилиями, как их Лайфньюс с ролевиками и шлюхами.

Мы, конечно, победим, но победа — не только физическое выживание и уничтожение напавшего врага, не только экономика, это только часть большой цивилизационной игры. Наше противостояние с современной Россией — это еще и идеология. На нас напали, напихали регион оружием, которое сепаратисты не могут контролировать, воруют людей, держат заложниками наших граждан, врут в глаза всему миру, снимают постановочные сюжеты и себя на фоне трупов в социальных сеточках, каждый день демонстрируют подлость и гнусь, это раздражает, злит.
Но в этом есть момент, выгодный нам: мы пока не можем соперничать на равных в плане военном, но чем дольше, тем очевиднее, что "русский мiр", который несут оккупанты и сепаратисты — не волшебный град Китеж, а подвалы, чеченские похищения, Моторолы, Губаревы, Гиркины и Куклы с признаками вырождения на лицах, трафик наркотиков и банды ряженых казачков, отбирающих все, от квартир до закаток в погребе.

Не надо истерить. Нам не нужна такая пропаганда, такие фейки, постановочные сюжеты, публичные проклятия, истерическая риторика, — ничего, за что будет мучительно стыдно, как сейчас нормальным русским (а их немало) за вот это вот все. "Нам своє робить", делай что должен, можешь — воюй, не можешь — купи армии варежки и балаклавы, сдай кровь, свари компот, отнеси беженцам одежду, а их детям — игрушки.
Нельзя дать перейти количеству зла и лжи в качество, не станем — ними. попытаемся опровергнуть и посрамить Гегеля на такой манер.